prof-news-24



Дата: Февраль 2004г.
Издание: «Шанс»


Говорят, этот человек смеется крайне редко. Зато может «завести» целый зал. Недавно известный петербургский сатирик Семен Альтов посетил нашу редакцию.

— Поскольку газета телевизионная, хотелось бы поговорить о телевидении…

— В последнее время я стараюсь телепередачи не смотреть. Даже концерты со своим участием. Называю их «чужой компанией».

— Почему?

— Считаю это вмешательством в мою личную жизнь: меня от меня же отнимают — от семьи, дел. Мне жалко времени.

— Но Вы ведь согласны, что это целая индустрия?

— Впервые я понял, какое это чудо — телевидение, совсем недавно, когда показывали мой юбилейный концерт. Сам по себе он был очень неровный, все мы очень нервничали, долго не могли найти контакт с залом, я рискнул читать не проверенные на публике вещи. Но в телеверсии ничего этого не чувствовалось — выручил монтаж.

— Эти телевизионные «штучки» должны быть Вам хорошо известны по передаче «Вокруг смеха»…

— Да, но тогда вырезали то, что кому-то казалось или могло показаться крамольным, и нас всегда это возмущало. Сейчас монтаж облагораживает программу.

— Что изменилось с тех пор? Ведь Вы стояли у истоков телевизионного юмора в программе «Вокруг смеха»…

— Это так кажется, что я был у истоков. На самом деле просто тогда мало юмористов приглашали на телевидение и существовал некий круг «проверенных» людей, которые не подведут. А сами по себе такие юмористические капустники были не в новинку.

— Имеете в виду Вашу программу «Шоу-01»?

— Опять же, не мою лично: я был среди «группы создателей» программы-розыгрыша. Там выступали Биллевич, «Лицедеи», Ян Арлазоров, Леонид Якубович и многие другие. Успех был оглушительный, мы целые стадионы собирали. А первые шаги мы делали во Дворце молодежи.

— На знаменитых «Семи днях смеха»?

— Да, в 1973 — 1974 годах мы рискнули, заявив, что целую неделю сможем развлекать публику. И нам это удалось! Тогда-то на юмор и стали делать ставку.

— Современным юмористическим программам далеко до тех?

— У каждой эпохи свой юмор. Мне просто повезло, что я никогда не увлекался политикой, занимался «юмором с человеческим лицом», и поэтому мои произведения серьезно не изменились, а тем, кто привык всегда «быть впереди», оказалось труднее.

— Зритель ведь тоже изменился?

— Поэтапно. В 60-е умами владели Евтушенко, Вознесенский, Окуджава, в 70-е — барды во главе с Высоцким, в 80-е — писатели-сатирики, прежде всего Жванецкий: люди ловили намеки даже там, где их не было. Сейчас, вроде, пришли к тому, о чем мечтали, и захотели хлеба и зрелищ: за свои деньги заказывают и то и другое, и поэтому слушают то, что заказали. Понятно, в такой атмосфере наша интеллигенция начала мельчать: ведь она может размножаться только в неволе.

— Сейчас многие увлекаются так называемыми реалити-шоу…

— Мне кажется, это любит тот, кто не имеет собственной личной жизни и подсматривает за чужой.

— На Западе они очень популярны.

— В таких случаях я говорю: сначала обеспечьте такой уровень жизни, как на Западе, а потом предлагайте передачи по их рецептам.

— Как Вы оцениваете современные юмористические программы, скажем «Аншлаг»?

— Сам это я смотреть не могу, но не стоит забывать: у нас многомиллионная страна, и если людям что-то нравится, надо делать такие передачи.

— Среди них есть по-настоящему талантливые?

— «Городок»! Как бы я ни относился к такому юмору, не уважать ребят не могу: более десяти лет находиться в форме — это высший пилотаж.

— А из персоналий кого бы выделили?

— «Мистера Бина». Из наших драматических актеров — Евгения Миронова. Он потрясающий в «Идиоте». Хорошие комические задатки у Гальцева.

— Вы сейчас реже появляетесь на экране?

— Нет, «под меня» передачу сделали — «Игра слов». Снимается в Питере.

— Это как «под Жванецкого» когда-то?

— Нет, мои очень короткие (15 минут), но емкие. Это мне больше всего нравится.

— Чужие программы смотрите?

— В основном новостные.

— Какой канал?

— По инерции — с давних пор — НТВ.

— Что Вас привлекает?

— Нравится, что Осокин информацию преподносит с таким выражением лица, будто не согласен с тем, что говорит.

— Рассмешить Вас по-прежнему невозможно?

— Почему же? Иногда я вдруг чувствую, что воспроизвожу страшные звуки, будто сейчас умру. Это я смеюсь.

— И когда такое случается?

— На американских комедиях. «В джазе только девушки», «Знакомство вслепую», «Шум за сценой».

— А на советских, скажем «Бриллиантовой руке»?

— Ну, это вообще «Конституция СССР»!

— Вы работали с Аркадием Райкиным. С тех пор не встречали комика такого масштаба?

— Рождайся они так часто, Райкин не считался бы гением. А он — гений.