prof-news-26



Дата: 19.02.03
Автор: Марина Полубарьева
Издание: «Московский комсомолец»


Нет, не бережем мы наше всенародное достояние, умных юмористов, которых – раз-два и обчелся. До смеха ли было Михаилу Жванецкому, когда у него сперли любимый джип – как будто других джипов нет! Недавно Семену Альтову тоже нанесли душевную травму, но по-питерски интеллигентно, то есть с меньшим материальным ущербом. Ему подменили кепку. И где! В храме, можно сказать, искусства – гардеробе БДТ, после благотворительного вечера в честь юбилея одной больницы.

— Кто-то перепутал кепки. На вешалке осталась хорошая, по качеству даже лучше, чем моя – но не моя! – сокрушается писатель. — У меня, голова необычной формы, поэтому подобрать кепку проблема. Двадцать лет искал. Год назад купил то, что надо! Привык. И на тебе! Расстроился, оставил в театре свои телефоны. Думал: тот человек почувствует, и голова отторгнет чужое, все-таки кепка достаточно интимная вещь. Или человек мечтал всю жизнь о такой, как моя? Одеваю чужую с ненавистью. А вдруг прочтут в вашей газете и вернут? Готов перемерить все, что принесут.

— Обязательно принесут, Семен Теодорович. А часто вас судьба вот так пробует на прочность?

— Бывает. Года четыре назад пытались ограбить в поезде. Купе «СВ», второго пассажира не было. Духота, заснул часа в четыре. Вдруг просыпаюсь, вижу чью-то задницу. В таких случаях в России все орут одно и то же. С этими словами схватил мужика, прижал к стенке, поворачиваюсь с ним к дверям, а там второй, с ножом, говорит «Тсс». Я вытолкнул обоих, закрыл дверь, закурил (тогда еще курил). Потом пассажиры просветили: надо было полотенцем привязать ручку купе, вставить распорочку. Так что у нас в стране все работают. У меня одна профессия, у них друга.

— Ну, что мы все о грустном! Вот ремонт сделали. (Мы сидим, в только что отделанной квартире на Васильевском, похожей на афиши Альтова – спокойный фон, контрастные цветовые «пятна»– М.П).

— И сюда уже вламывались, сигнализация сработала. Я понимаю, когда действуют по наводке, знают, ради чего рискуют. Представьте: мы с вами воры. Представили? Брать-то что? Диван, телевизор, стены. Как у меня в рассказе «Охрана». Там дачник понаставил капканов, ревунов. Воры забрались в дом, на столе оставили записку: «Что ж ты, сука, столько нагородил, будто внутри все из золота, а ни хрена нету! Сволочь ты нищая!» В день рождение надарили много хорошего коньяку, если кто хочет выпить, тогда, имеет смысл лезть. Но лучше постучи, налью и так, не надо гадить. Помню, дачу у нас чистили. После этого хочется все перемыть, перестирать, повыбрасывать, будто везде зараза какая-то.

— Вернемся к ремонту. Неужто все вынесли на своих плечах?

— Нет на плечах жены. В нашей стране ремонт могут начинать только хорошо вооруженные люди. Когда дуло у виска, работают на совесть. И наоборот…При упоминании имени мастера первой строительной бригады Власюка Виктора Васильевича, у жены на глазах слезы. И прорывало, и заливало, и без конца переделывали. Плюс жена, человек стремящийся во всем к идеалу. Например, она хотела, чтобы стены пересекались под углом 90 градусов, не понимая, что в нашей стране 85-86 градусов это и есть девяносто! За время ремонта у жены накопилось пятьдесят исписанных тетрадей. Строители спрашивали, какой стройкой она раньше руководила – настолько владела предметом. Я предложил жене перенести бесценный опыт на бумагу. Под моей фамилией, с ироничными комментариями книжка имела бы успех: в нашей стране люди постоянно находятся в состоянии ремонта.

Сын, кстати, пошел в маму. Оценив нелепую попытку заработать большие деньги. Павел меня вразумил: «Папа, ты сам продукт, который нужен людям. Тебя надо ПРОДАВАТЬ». Он окончил экономический факультет театрального, школу рекламы Юрия Грымова, у него прекрасное чувство юмора и вкуса. Первые в городе мои броские афиши, где контрастные сочетания и ничего лишнего – придумал Паша. Как и в передаче по РТР «Обо всем». Сын все делает тщательно. Профессионализм — это когда все без сучка, без задоринки. Помню, делали запись в Выборгском Дворце культуры. Вроде, прошел нормальный концерт. Звоню Паше и по его голосу понимаю, что произошла трагедия. «Паша, нет звука?» «Есть». «Свет?» «Есть». «Что случилось?!» Пауза. Потом выдавливает: «Тень от микрофона падает на рубашку».

— Интересно, если кого-то из членов вашей семьи разбудить, чтобы прочитать что-нибудь гениальное: «Послушайте!»

— Сны близких надо беречь. Раньше читал жене и сыну. Но поскольку они за меня очень переживают, никогда не давали дочитать до конца, начиная поправлять по ходу, с первой же фразы. Меня это бесило и решил, что никогда больше ничего читать не буду. Так что получается, что выхожу в БКЗ, и там, на четырех тысячах проходит премьера.

Вообще, за тридцать лет мы с женой настолько научились понимать друг друга, что разговор бессмысленен. Смотрим телевизор – переглянулись – и этим все друг другу сказали. Я и сам для себя – хороший собеседник. Еще один собеседник – Брюс (королевский пудель уже битый час трется вокруг да около, пытаясь конкурировать с хозяином за право привлечь внимание гостьи, но, увы – М.П.). Молчит, смотрит в глаза, никогда не перебивает. Брюсу можно читать любые произведения и долго. Воспитанный пёс.

— Нарисуйте свой сатирический портрет. Что в вас плохого?

— Удачный шарж сделал Саша Сергеев: мрачная вытянутая физиономия с трещиной улыбки. С возрастом ситуация усугубляется. Мордаха держится, держится, потом за одну ночь, как оползень – бах! — и опустилось. Потом еще год-другой – и снова обвал. Мужику ещё ничего, а для женщины это стихийное бедствие.

В детстве у меня были две макушки – говорили, к счастью. Потом они начали объединяться в одну небольшую лысинку. Лысеть начал рано, но растянул это удовольствие на приличный срок, хотя уже должна быть «взлетная полоса». До последнего времени, несмотря на чувство юмора, я старался не общаться с высокими женщинами. Приятнее смотреть сверху на невысоких думая, что они не догадываются, что у меня ТАМ. А как я кланяюсь! Хазанов показывал: попу отставляю назад, тело подаю вперед, но голову держу вертикально – чудовищное зрелище! Наконец я устал и не скрываю, что это достоинство настоящего мужчины у меня есть. Кланяюсь, опуская голову.

Так же неуклюже знакомился в юности с девушками. Если кто-то нравился, месяца два преследовал взглядом. Когда считал, что глазами всё сказано, добавлял к изображению звук. Однажды после месячного перевзгляда пошел к девушке и без предисловий огорошил «Вы не хотите пойти на концерт органной музыки?». Она чуть с лестницы не свалилась Интересно то, что я сам до того ни разу в жизни на органную музыку не ходил и плохо представлял, как этот орган выглядит! Эта фраза стала в институте крылатой.

— Да многие ваши поклонницы не только на концерт органной музыки, на край света бы пошли. За один только «сексуальный» голос.

— Один врач сказал, что голос у меня неправильный – утробный. Но что-то в нем наверно есть. Однажды звонит дама, просит кого-то к телефону. Я говорю: «Не туда попали». Пауза. Потом она, взволнованно: «Не кладите трубку, поговорите еще!». Выделяюсь и запоминаюсь, в том числе и за счет голоса. На радио крутят мои коротенькие фразы и считают, что в отличие от многих гораздо более известных людей, мой голос сразу отождествляется со мной. А вот слуха у меня нет, хотя про себя я пою правильно.

— Есть еще какие-то зависимости – мода, погода, хорошие и плохие новости?

— Слава богу, погода на меня не влияет, как и я на нее. По отношению к новостям с годами вырабатывается защитная реакция, обезболивание. Человек не может остро реагировать на ежедневные ужасы, предлагаемые телевидением. Выбивают из колеи неприятности близких. Мне важно, чтобы в ближнем окружение все было хорошо. От неприятностей старинный рецепт: «утро вечера мудренее». Для гарантии надо выпить водочки и упасть в постель. Утром те же самые проблемы отодвигаются вдаль. Если они снова рядом, значит, надо добавить водки и снова в постель. И так до тех пор, пока не кончатся неприятности. Или водка.

— А можно все послать подальше – и на рыбалку.

— Не могу часами сидеть и ждать, пока клюнет. Пусть мелюзга, но чтоб дергала. Всегда говорю, «люблю ловить рыбу». Причем ловлю регулярно: один раз в двадцать лет. В 73-74 году, я только начинал писать, группе артистов предложили за баснословные по тем временам деньги выступить в Братске. Когда мы туда прилетели, оказалось, что нас никто не ждал. Денег на обратную дорогу нет. Взяли какое-то суденышко и плыли по Ангаре, выступая в поселках, чтобы заработать на билеты до Питера. Сначала все переругались, но теперь эти десять дней вспоминаются как праздник. Прекрасная погода, замечательная кампания, водочка — и рыбалка. А что ещё мужчине нужно для счастья? Ловили на окуневый глаз. Вся палуба была завалена окушками, а не остановиться. В прошлом году я наловил столько же рыбы, только не какой-нибудь мелочи. Жена вытащила в круиз по Норвегии. Там платная рыбалка. На катер сели десять человек, норвежец с эхолотом вывел нас на косяк трески. Без наживки вытаскивали за раз столько, сколько крючков на леске. Килограмма полтора-два. На палубе стоял стон! Сто шестьдесят килограммов — за час.

— То, как готовится Питер к юбилею – очень смешно? Миллионы долларов вылетают, а старушки балансируют на льду, на который не хватило песка?

— Это острый вопрос! Насколько я понимаю, есть разные статьи: песок по одной статье, и он весь выбран. А краска на фасады – по другой. Краска есть. Поменять краску на песок по каким-то бюрократическим причинам невозможно. А красить тротуары вроде бы глупо. На встрече с губернатором я пожелал, чтобы выделенные средства были максимально освоены сейчас, потому что в следующий раз город увидит такие деньги через триста лет. Город действительно мог бы зажить другой жизнью, для туризма все есть. В некоторых странах называют достопримечательностью камень у дороги, на котором когда-то сидел Ганс. А у нас только в запасниках, которых мы не видели, чего только нет!

— И все же, «тротуарная» тема вас не привлекает. Почему?

— Сатирического материала и без них полно. Фельетонисты раздраконят в пух и прах, с цифрами и фактами – чего я туда полезу? Не люблю нокаутирующих ударов, тем более что не очень в них верю. Иногда прочтешь, думаешь – пересажают завтра полстраны. Ан нет, все на своих местах.

Я по натуре не агрессивный, юмор мне ближе. Думаю, в любом случае делать то, из-за чего люди смеются, в наше время очень важно. Хотя далеко не все способы, которые используют мои коллеги, мне нравятся. Когда я с первой фразы понимаю, о чем пойдет речь дальше, а мне скучно. Текст должен заканчиваться там, где кончается мысль! Я говорю зрителям, что не смешу, а предлагаю им самим увидеть смешное в этой жизни. Юмор у меня ситуационный. Рисую картинки, и зритель их разглядывает и находит, что там смешно. Умный зритель – мой зритель. Приятно, что на меня ходит много молодежи, даже школьники младших классов.

Беру на себя смелость утверждать, что замечательное петербургское чувства юмора в какой-то мере воспитано мной.

Тут у меня кончилось самое большое в жизни яблоко, из-за которого пришлось неприлично чавкать, у диктофона – кассета, и мы отпустили Семена Теодоровича за внучкой.